Все, слава Богу, обрывается И даже ужас и кошмар И тот тихонько забывается, И душу превращает в пар.

Не в пыль, и ладно! Время тащится, Полно ненужного добра... А жизнь, что на тебя таращится На свалку выбросить пора.

* * * Глядя на распад, не прекословь, Все равно не переломишь сути, Вот тебе заветная любовь, Быстро доходящая до жути.

Рвутся грозовые облака, И ревет пространство одиноко, Тянется уставшая рука К жизни, ускользающей до срока.

И судьбы натянута струна Так, что неизбежно оборвется... И тогда души твоей вина, Со вселенским ужасом сольется.

* * * До самых звезд, до самой черноты Души, которой нынче нет как будто Доходит ветер, ветер пустоты, Он поглощает это все, но тут то Является иных миров просвет, Иных Вселенных тягостные мысли, И плавятся все песни давних лет, Что в глубине сознания зависли. Ты ничего не смеешь вспоминать, Ты вечно в поисках первопричины... Хотя ты знаешь, что не должен знать, Какие миром правят величины...

* * * Доказывай с жаром, Что жизнь не отравлена злом, А время - кошмаром, Что беды не ждут за углом.

Доказывай с пылом, Что люди не схемы вокруг, Что счастье не сплыло, Что мир познается не вдруг.

Доказывай все же, Что город не сходит с ума... Вот только в прихожей Все чаще сгущается тьма.

* * * Жизни пестрой чехарда, Истерическая скука. Ярко-красная вода, Бесполезная наука. Это только черный сон, Время в странных промежутках. Завывает в унисон С горем ветер грусти жутко. Солнца жгущие глаза, Смерть, присыпанная пеплом, Наши злые небеса, И душа, что враз ослепла. Я хватаю за рукав, В непонятном лунном свете, Тень судьбы, не отыскав Смысла в прежнем силуэте.

* * * Жизнь ввергнута во тьму. Жизнь брошена на дно. Неясно, почему... Да видно, суждено.

Вот здесь твоя игра, Вот здесь твой блеклый мир Помойного ведра, Дверей, замков, квартир.

Смеются зеркала, Так много рядом лжи.