Гордая, крылатая, родная.
На рассвете страшно умирать,
На крови товарищей гадать, —
Кто из нас тебя в лицо узнает.
Вот сейчас он встанет в полный рост,
Распрямит мальчишеские плечи…
Позади усталость долгих верст,
Позади леса фанерных звезд,
И беда. Большая. Человечья.
Молодая вестница богов
Замирая, кинулась из хаты,
Словно крик из мраморных оков,
Словно радость из далеких снов,
И укрыла крыльями солдата.
ГОТИКА
Предместье Сен-Дени. Булыжный двор.
Средневековье пялится в упор
Из каждого окна и подворотни.
Настало время делать чудеса, —
Соскучились по храму небеса.
Мозг сиротлив, но разум изворотлив.
Достиг аббат. Настойчивый старик.
В божественное мыслию проник
Сугериус, велеречивый регент.
Да будет непоколебима власть,
Благословенна ненависть и страсть
Творца, когда он наудачу бредит!
Романский стиль. Голодная судьба.
Ворочает каменья голытьба
И медленно, по верно верит в Бога.
Не утомляйте сердце пустяком,
Здесь ангелы летают высоко,
А мы ступени рубим понемногу.
НОЧНАЯ ПЕСЕНКА
Г. Жукову
Ветер восточный срывается в хохот ночной.
Как не заплакать в совиной ночи одиноким?
Поздние сроки меняю на ранние строки.
Разве что ветер надежду мою покачнет?
Звуки взмывают с души, словно птицы с креста,
Мечутся в комнате неболюбивые птицы, —
Как и должно было за ночь с душою случиться,
Если очнулась наутро светла и чиста.
Тело голодное требует вдоволь еды,
Женщину, к ласке готовую, и одеяло.
Мало для тела холодного воздуха, мало.