"Презренные, негодные вы трусы!" Остаться одному - ведь вот позор!

Ведь это на глазах происходило У Минамото и у Таира... Позор!

И вот задумал он догнать хоть одного: Меч прихватил рукой и крикнув:

"Эй, вы там!

Я Акуситибёэ Кагэкиё. Так знайте же, я Таира вассал!"

Так молвил и в погоню побежал. И вот догнал он тут Михоноя,

Схватил его за шлем, но тот все вырывался. Так было раза три, а тот все убегал

И на ходу с себя бросал оружье. "Не отпущу желанного врага!"

Вслед крикнул догоняя Кагэкиё. За шлем опять схватил, да как вскричал: "ага.",

Да так его рванул.. что даже шлем сломался. Однако... шлем остался у него,

А сам хозяин шлема мчался дальше. Потом остановился вдалеке

И оглянулся. "Ну и Кагэкиё! И страшен ты. Вот силища в руках!"

Сказал он, в изумленьи столбенея. А Кагэкиё тут ему в ответ:

"Ну, ну, Михоноя, крепка же твоя шея!" Так молвили они и рассмеялись оба...

И кто налево, кто направо разошлись.

(Во время рассказа Кагэкие теряет разум и начинает плясать).

X.

Хор.

Незабываемый рассказ! Печально у него судьба сложилась!

И вспомнил он об удали своей, И чем он стал... И все в нем помутилось.

И вот теперь - позорная судьба. О, жизни путь так горек и так низок!

Но что тут мир, что жизни суета! Ему неделю жить, конец уж близок.

(К Хитомару).

Иди скорей, вернись к себе домой И помолись о том, кого не будет скоро.

И пусть любовь твоя, светильник дорогой, В пути тяжелом будет для него опора.

"Прощай". "Я остаюсь". "А я иду". Так молвили они друг другу и расстались...

И голос долго не смолкал еще в ушах. И это все, что друг от друга им осталось.

(Перевод А. Е. Глускиной).

ПРИМЕЧАНИЯ

XVIII. К переводу "Лирических драм"

Читатель, прочитавший все три переведенных пьесы [в данном файле только одна из трех.- Прим.