палатке никого нет, достал из поясной сумки маленький факел в жестянойкоробочке, какими в Исдафе пользовались воры, зажег его и огляделся.Ничего необычного в палатке не было, кроме измазанного кровью кола ибольшого тюка. В тюке мечник нашел то, что и ожидал: туго набитые мешочки дляприправ. Мешочки были трех сортов: серойкожи, побольше, коричневой кожи, поменьше, и совсем крохотные изкрысиныхшкурок мехом наружу. Коричневые выглядели точно так же, как мешочек с отравой,найденный колдунами на кухне дома глав союзов. Гаффра взял по одномумешочку каждого вида, погасил факел и двинулся к выходу. Тут-то впалатку и вбежал вновь давешний жрец. Слуга Нанизанного открыл было рот— то ли чтобы обругать пьяного кочевника, то ли чтобы закричать, чтообнаружил лазутчика — но мечник крепко схватил его за горло. Жрец снеожиданной сноровкой ударил Гаффру в живот так, что мечник сам чуть былоне закричал от боли и упал назад. Тем не менее, Гаффра как-тоухитрился удержать шею жреца в руках и, перекатившись на спине, ногойперебросил жреца через себя. Тот дернулся, странно хрюкнул и застыл.Подозревая подвох, Гаффра перехватил его шею левой рукой, а правойвыхватил меч. Пускать меч в ход не пришлось: в свете,проникающем в палатку через приоткрытый полог, он увидел, что жрец упалпрямиком на тот самый кол и нанизан на него, словно рыба на острогу.

Гаффра не стал ждать, поднимется ли тревога, но вместо этого со всейдопустимой поспешностью вышел из лагеря через другой пости через час ужевернулся в город. Шарди и верхнеземельские колдуны дожидались его вказарме. К привычке колдунов оказываться в нужном месте он уже привыки без долгих разговоров выложил перед ними добытые мешочки.

Первым делом Шарди открыл коричневый мешочек и, понюхав, кивнул: "Степнаядурь". Содержимое большого мешка исследовали все, и лишь один изверхнеземельцев узнал мелко нарезанные стебли.