Моя душа решимости полна Взять замок твой! Сама ты виновата, Что предали тебя твои солдаты! Но ты меня напрасно не кляни: Здесь красота расставила капканы… Тебя во власть мае отдали они, Чтоб мог я наслаждаться невозбранно. Я к цели шел с могуществом титана: Хоть разум вожделенье сжег дотла, Но вновь желанье красота зажгла! Я знаю, что меня подстерегает, Я знаю, что шипы — защита роз, Что пчелы жалом мед свой охраняют… И без сравнений ясен тут вопрос. Но я горю, я не боюсь угроз. Желанье жжет — подобно всем влюбленным, Оно не повинуется законам! Я в глубине души уже постиг То зло, тот стыд, ту скорбь, где я виною, Но зов любви всевластен и велик, Желанье к цели ринулось стрелою… Пусть слезы взор мне застилают мглою. Пусть ждут меня презренье и вражда Я сам стремлюсь туда, где ждет беда!» И вот уж меч в руках его блистает… Так сокол, совершающий полет, Малютку птичку тенью крыл пугает, И клюв искривленный добычи ждет. Разящий меч Лукрецию гнетет Она угроз Тарквиния страшится; Так бубенцом пугает сокол птицу. «Ты нынче в ночь моею стать должна! Сопротивленье одолеет сила… А нет — убью! Скажу — во время сна, Узнав, что ложе ты с рабом делила. И честь твою с тобою ждет могила! Убив раба, в постель к тебе швырну, Чтоб людям доказать твою вину! А муж твой будет жить, узнав презренье, Всем светом заклейменный с этих пор… Твоих друзей постигнет униженье,