В котором толчётся хипня. Кобзон и Успенская Люба Навряд ли споют у меня, Ветлицкая тоже Наташка Навряд ли заглянет сюда. Филипп и евонная пташка Ко мне не придут никогда. Так кто же у нас выступает, Кто слух усладит хиппанам? Здесь Слава Могильный бывает, Ди-джей Кабыздох ходит к нам. Ужель про таких не слыхали? О, люди! Ленивые тли! А бард Теймураз Миноссали, Цвет совести русской земли? А Гиршман, поэт и прозаик? Какой тебе Алан Чумак? Стихами он всех усыпляет: И мух, и людей и собак. Поэтому вход для зверюшек, Как видите, не возбранён, приводят и тёлок и хрюшек И поят зелёным вином. Потом их волочат на дойку, А кое-кого на зарез. Шучу я, конечно же в койку. У нас в этом смысле прогресс. Ведь все мы, друзья, зоофилы, Животные, мать нашу так, И будем любить до могилы И тёлок, и жаб, и собак.

Я любил поджигать кадиллаки

Я любил поджигать кадиллаки, Хоть и был я не очень богат, Но буржуи, такие собаки, Норовили всучить суррогат. "Подожги, - говорили, - Вадюша, Хоть вот этот поганенький джип." - "Нет, давай кадиллак, дорогуша, Если ты не петух, а мужик". И обиделись вдруг богатеи, Что какой-то пьянчуга-поэт Вытворяет такие затеи, А они, получается, нет.