— Простите, пан Чижик, не сочтите меня бестактной, но вам все же придется более подробно рассказать о ваших семейных проблемах. Хотя бы в общих чертах.

Посетитель расправил платок и принялся вытирать шею:

— Жарко тут у вас. Я бы еще выпил воды…

Даша поспешила выполнить его просьбу. Теперь она не носила стакан на кухню, а, наоборот, принесла оттуда бутылку с водой.

— Прошу вас. Если хотите, можете снять пиджак.

— Спасибо. — Чижик взял стакан и, не обнюхивая, сделал несколько жадных глотков. — Я расскажу вам все с самого начала. Дело в том, что мы познакомились с Амалией не совсем обычно…

— Да-да, я вас внимательно слушаю. — Даша щелкнула ручкой и приготовилась записывать.

— У меня большой дом, но находится он за городом, в очень уединенном месте. Я люблю природу, покой… Наверно, это обусловлено моей работой.

— Вы ученый?

— Нет, нет, я гробовщик.

Несмотря на тридцатиградусную жару, Даша почувствовала, как у нее холодеют ноги. Те же чувства, наверное, испытывал Моцарт, принимая заказ на Реквием.

— Вы… делаете гробы?

Что-то в ее голосе заставило собеседника взглянуть на нее:

— Надеюсь, вы не суеверны?

— Нет… Конечно, нет, — пробормотала Даша. А сама подумала, что гробовщику убить жену куда проще, чем какому-нибудь другому человеку. — Простите, я вас перебила. Вы остановились на том, что познакомились с женой при необычных обстоятельствах.

— Да, да… В ту ночь разразилась страшная гроза. Сколько живу, не припомню, чтобы так бушевало. Все гремело и сверкало, казалось, еще чуть-чуть — и обрушатся небеса. Даже моя кошка — у меня эбеновая азиатская кошка, — даже она…