— Что она делала в вашей квартире?

— Хотела позвонить вам. Когда вы послали ее подальше, она ушла, захватив таблетки.

— Какие?

— Нембутал.

— Сколько?

— Штук тридцать пять. Достаточно, чтобы покончить с собой.

— Знаю, — сказал Рассо. — Я фармацевт.

— Она может их принять?

— Не знаю, — сказал он, и в его голосе прошелестел страх.

— Она до этого не пробовала покончить с собой?

— Я не знаю, с кем говорю. — Это означало, что да, пробовала. — Вы что, из полиции?

— Я частный детектив.

— Вас наняли ее родители?

— Никто меня не нанимал. Я случайно встретил вашу жену в Пасифик — Пойнте. Ее очень расстроила авария, и она попросила меня отвезти ее в Лос — Анджелес. Когда вы послали ее…

— Прошу вас, не надо так говорить. Я ее не посылал. Я просто сказал, что готов возобновить наши отношения при условии, что она сильно изменит свой подход… Стоит ли латать дырки с тем, чтобы потом все опять поехало… Наш последний разрыв чуть было не убил меня.

— А ее?

— Ей наплевать, что я… Слушайте, я рассказываю вам семейные тайны…

— Расскажите больше. К кому еще она могла бы поехать — или позвонить?

— Надо подумать, а времени у меня в обрез. У меня вечерняя смена в аптеке, и мне надо уже ехать…

— Где аптека?

— В Вествуде. «Сейвмор»…

— Я подъеду туда. А вы не могли бы составить список имен и адресов?

Рассо обещал сделать это.

Я ехал по Уилтширу в правом крайнем ряду, выглядывая Лорел среди пешеходов. Я поставил машину у аптеки и вошел в нее через турникет. Лампы дневного света придавали ей сходство с космической станцией.

С десяток молодых парней и девушек бродили среди полок. У ребят были прически в стиле Иоанна Крестителя, девушки были одеты как уистлеровская Мать. В задней части аптеки была стеклянная будочка фармацевта. Человек в ней по жизненному пути отшагал расстояние среднее между мной и юными клиентами аптеки.