— Потому что ему принадлежит нефтяная компания?

Она кивнула.

— Родители Лорел всю жизнь провели в ожидании наследства.

— И Лорел тоже?

— Нет. Деньги ее не интересуют. Она лишена карьерных амбиций. Может, в этом — то ее беда.

— Что же она за человек тогда? Тут все так запутано…

— Все зависит от того, с кем вы о ней говорите. Она всегда была жутко несчастной и в плохих отношениях с учителями. Знаете, как устроены учителя? Если уж они за кого — то возьмутся, так он будет виноват во всем, что бы ни произошло.

— А что произошло?

— Поначалу ничего особенного. Разговоры на уроках, невыполнение заданий — вот такие мелочи. Иногда она прогуливала.

— А потом?

— Потом все стало серьезнее. Мне не хотелось бы об этом говорить. У вас возникнет превратное впечатление о Лорел. Она вообще — то была в основе очень хороший человек. Серьезный… И верная подруга. Мы с ней подолгу и обо всем беседовали. Это стало основой нашей дружбы. Иногда мы веселились…

— Вы говорите исключительно в прошедшем времени, мисс Хэмпшир…

Это вдруг ее сильно встревожило.

— Правда? Я не нарочно. Но в последнее время мы очень редко видимся. Особенно с тех пор, как она вышла за Тома Рассо. Он хотел удержать ее для одного себя. Ну, а у меня, понятно, свои проблемы… — Это слово смутило ее, и она поспешила добавить: — Я много путешествую…

— Но Лорел провела у вас прошлую неделю?

— Часть прошлой недели.

— Она не говорила, почему ушла от Тома?

Джойс покачала светлой головой.

— Нет. Она вообще собиралась вернуться. Но сначала хотела разобраться с нервами.

— А что у нее с нервами?

— Она сказала, что дом, в котором она живет с Томом, страшно на нее давит. Ей там снятся кошмары. Я сказала, что она взваливает на дом напраслину — дело совсем в других вещах…