— Добро пожаловать домой, мой мальчик! — приветствовал он Джексона.

Тот чертыхнулся.

— Я так и знал, что ты меня предашь, маленькая гадюка!

Он оттолкнул ее и нагнулся за выпавшим револьвером, блестевшим на траве.

Машина, за рулем которой сидел сам Флип Эванс, остановилась. Девушка подставила Джексону ногу, и тот растянулся на траве.

Монах начал стрелять.

Джексон слышал, как прорычал Эванс:

— Уйди с дороги, ты, маленькая идиотка! Ты слышала, что я сказал…

В домике священника открылась дверь, раздались чьи-то крики. С угла послышался полицейский свисток. Ему отозвалась сирена полицейской машины, находившейся неподалеку. Выстрелы смолкли, машина развернулась и исчезла в темноте.

С выпачканными в земле руками и коленями Джексон с трудом поднялся, но слова проклятий застряли у него в глотке. Он понял, почему Тельма выхватила у него оружие и подставила ему ногу. Понял он и почему рычал Эванс. Чтобы спасти его, она уложила его на землю и прикрыла своим телом.

Она лежала на грязном газоне рядом с тропинкой. На ее белой блузке расплывалось красное пятно. Харт нагнулся и взял ее на руки.

— Я… у меня это было серьезно, Харт, — с трудом прошептала она. — И я не хотела этого… того, что сейчас случилось. Я не знала, что они следили за мной…

Харт осторожно прижал ее к себе.

— Я верю тебе, Тельма.

Вой полицейской сирены приближался.

— Тебе нельзя больше говорить, пока не приедет скорая помощь.

Она покачала головой.

— Нет… я должна тебе кое-что сказать. Я рассчитываю на тебя. Ты должен поза…

— Что я должен?

— Ты должен позаботиться об Ольге, — Тельма передернулась от боли. — Она находится в отеле Логан-сквер в номере 410.

Первая патрульная машина, скрипя тормозами, остановилась рядом с ним.