— Ох! — раздался за спиной Павла Ивановича возглас жены. — Кто это, Паша?!

— А я почем знаю, — сердито ответил Воронцов. Теряясь в догадках, он приблизился к трупу, наклонился, рассматривая. На затылке увидел огнестрельную рану. Волосы вокруг неё схватились твердой коркой засохшей крови. Но на полу крови не было. Из этого Павел Иванович сделал вывод, что убийство мужчины произошло в другом месте. Да, но зачем труп подбросили именно на его дачу? Он, хоть убейте, ничего не понимал.

— Ты вот что, мать, беги позвони в милицию, а я тут пока подежурю, — распорядился Павел Иванович.

Ждать пришлось довольно долго. Лишь через три часа оперативная группа, возглавляемая следователем прокуратуры Советского района Вадимом Смоляковым прибыла на дачу Воронцовых и начала осмотр. При осмотре следователь пришел к тому же выводу, что и Павел Иванович — убийство потерпевшего произошло в другом месте, а затем труп был подброшен на дачу Воронцовых. Ни денег, ни документов при нем найдено не было. Судебно-медицинский эксперт при осмотре трупа пришел к выводу, что убийство произошло очень давно, скорее всего поздней осенью прошлого года. Все попытки Смолякова установить личность потерпевшего ни к чему не привели. Дело зависло и вошло в разряд так называемых «глухарей».

Глава первая: Говоров. Убийство авторитета.

Жизнь, совершив головокружительный виток длинною в два года, оказалась в прежней точке — мы с Мариной вновь разошлись, как два бедуина, случайно встретившиеся в женском монастыре. Увы, наша вторичная попытка — построить личное счастье из обломков прошлого, окончилась полным фиаско. Но если первый раз она ушла, громко хлопнув дверью, оставив мне в безвозмездное пользование квартиру с мебелью, видео и радиоаппаратурой и прочими аксессуарами, то теперь жестом, которым «на русских двинул он полки», указала мне на дверь и очень внушительно сказала: