- Его зовут Лэнсинг Гэллемор. Он - президент ювелирной компании и старинный приятель миссис Пенраддок. Он-то и заказал для нее копию ожерелья. По крайней мере, так мне говорила Эллен.

- Но ведь он сразу же позовет "фараонов",- заметил Хенри.

- Не думаю. Он вряд ли предпримет что-либо, что может поставить миссис Пенраддок в неловкое положение. Хенри пожал плечами.

- Липа и есть липа,- сказал он глубокомысленно.- С этим ничего не сможет поделать даже президент ювелирной фирмы.

- И тем не менее - должна же быть какая-то причина требовать столь крупную сумму. Шантаж - это единственное, что мне приходит сейчас в голову, а в таком случае, честно говоря, я чувствую, что одному мне не справиться. Я слишком мало знаком с историей семьи миссис Пенраддок.

- О'кей,- сказал Хенри и тяжело вздохнул,- если ты так считаешь, то действуй. А я тогда отправлюсь пока восвояси и постараюсь хорошенько проспаться, чтобы быть в форме на случай, если у тебя возникнет нужда в паре крепких рук.

- А может, проведешь ночь здесь, у меня?

- Спасибо, старик, но мне вполне подойдет и койка в отеле. Я только прихвачу с собой бутылочку вот этого снотворного. Вдруг меня замучает бессонница? К тому же утром мне могут позвонить из агентства, и нужно будет туда наведаться. Да и переодеться во что-нибудь не помешает. В этом наряде я в тех краях всех переполошу.

С этими словами он скрылся в ванной и вскоре вышел оттуда в собственном синем костюме. Я пытался заставить его воспользоваться моей машиной, но он возразил, что в его квартале это небезопасно. Он согласился, однако, сохранить пока на себе легкий плащ и, запихивая в свой карман непочатую бутылку виски, сердечно пожал мне руку.

- Постой-ка, Хенри,- сказал я, достал свой бумажник и протянул ему двадцать долларов.

- Это за какие услуги? - удивился он.

- Ты временно нигде не работаешь, но сегодня вечером потрудился на славу. Не твоя вина, что результат оказался не совсем таким, какого мы ждали. Словом, ты заслужил небольшое вознаграждение, а для меня это пустяк.