– Помоги!!! – отчаянно взмолился он. – Я хочу предстать перед судом! Напишу чистосердечное признание!!!

– Нет, не получится.

– Но по-о-о-о-чему-у-у-у?!!

– Законодательство нынче дурное, – холодно пояснил я. – Смертную казнь заморозили. И тебе в лучшем случае дадут пожизненное. А меня это не устраивает. Родственников погибших девочек, полагаю, тоже. Такие твари, как ты, не имеют права на существование!

Обезумевший от ужаса, экс-омоновец заревел белугой. Откормленная физиономия исказилась в безобразной гримасе. Глаза безумно выпучились. На губах запузырилась грязноватая слюна...

Я отвернулся от неприятного зрелища. Секунд тридцать спустя все было кончено. На поляне установилась мертвая тишина. А ровная, зеленая поверхность за осиной выглядела так, словно и не проглотила только что стокилограммового бугая. Поразмыслив с минуту, я забросил в болото оружие покойного, подобрал фонарь, внимательно изучил карту и начал разыскивать проход к острову...

На следующее утро

– Поддайте пару, дядя Вася!

– Замерз, бедняга?

– А то!!! Извозился в холодной грязи по самую макушку. До сих пор зуб на зуб не попадает!

– Значит, ты побывал на острове?

– Да.

– И как?

– Избушка там древняя, ветхая, но пригодная для обитания. Обширный подпол, выкопанный уже в наше время. В нем цепи с железными ошейниками, длинные иглы, бичи, тиски, клещи, жаровня с остывшими углями... прочая гадость. Братья Кочедыковы и Селиванов терзали в подполе похищенных девушек. Трупы топили потом в болоте. Могил на острове точно нет. Жаль! Не получится похоронить несчастных по-христиански! А в самой избушке я обнаружил три парика, три волчьи маски и три лохматых костюма. Участковый иногда выходил на «охоту» вместе с родичами...