- Изнасилование? Да вы спятили! Черт, она сама хотела. Это был ее почин. - Теперь ты заявишь, что она взяла с тебя деньги. - А как же? Двадцать долларов содрала. - Чертовски жаль, что деньги пропали, - посочувствовал Стритер. - Видишь ли, все равно это изнасилование, и ты влип по уши. Губы Кейба задергались, но он не произнес ни слова. - Той девчонке всего пятнадцать лет от роду, - пустился в объяснения Стритер. - И у нее... - Пятнадцать? А она сказала, что все девятнадцать! Да и выглядела соответственно! - Надо было присмотреться позорче. Ей пятнадцать. Стало быть, по закону это - изнасилование, и не имеет никакого значения, чего она хотела и что ты там себе думал. И взяла ли она с тебя деньги. - Сержант осклабился. Закон гласит, что это изнасилование, а значит, братец, ты погорел. Кейб облизал губы. - Я вам не верю. - Бери шляпу, и пошли, - велел Стритер. - Вы меня забираете? - Не за пивом же я сюда пришел. Шевелись. - Господи, - залопотал белобрысый, - господи, офицер, я... - Нелегко сжиться с такой мыслью, а? - вкрадчиво спросил Стритер. Лоб Кейба покрылся испариной и заблестел. - Слушайте, офицер, у меня жена. Самая лучшая женщина на свете. Не знаю, что на меня вчера нашло. Наверное, просто перепил, и... Господи, да я... Стритер медленно покачал головой. - Хорошо хотя бы, что у тебя нет детей, - сказал он. - Как не быть! Целых двое! Одному семь лет, другому девять. А жене... жене скоро опять рожать. Вот почему... Ну, вот почему меня вчера потянуло на сторону. Я.... - он осекся и закусил нижнюю губу. - Да, скверно, - посочувствовал сержант. - Хуже некуда. Но таков наш мир, парень. У меня у самого ребенок, и я понимаю, каково тебе. - Но... - он пожал плечами, - но я мало что могу для тебя сделать. - Стритер удрученно покачал головой. - Когда маленькие люди вроде нас с тобой попадают в беду, это действительно беда. Другое дело - толстосумы. Иногда им, бывает, удается откупиться. Кейб смерил сержанта долгим взглядом.