Спешит — десяток  приближенных С ним рыцарей;  в покоях оных Пред ложем стал, взглянул в унынье И молвил: «Что случилось ныне С тобой? Доселе ты была Всегда спокойна и мила, А ныне стонешь и ревешь, И белу плоть ногтями рвешь. Увы! Румяные ланиты Смертельной бледностью покрыты, А нежные персты твои, Увы, замараны в крови, В очах прекрасных страх и плач, Как будто пред тобой палач. Ах, леди, будь, прошу, любезна, Не вой столь громко и болезно, А лучше молви, в чем беда, Тебя утешу я тогда». Она утихла, прилегла И слез немало пролила, И так сказала королю: «Увы, тебя я, сэр, люблю! С тобой, милорд, мы до сих пор, Не знали ни обид, ни ссор, И был Орфео мне дороже Всей жизни, и тебе я — тоже. Но я должна — какая мука! — Уйти! Нам предстоит разлука». «Увы! — вскричал он. — Почему, Куда пойдешь ты и к кому? Куда б ни шла ты — я с тобой. Куда б ни шел я — ты со мной». «Нет, нет, сэр, то не в нашей власти! Послушай о моем несчастье: Сегодня в полдень я в саду Под древом на свою беду Уснула, и явились мне Два дивных рыцаря во сне В доспехах: мол, спешить изволь, Тебя зовет, мол, наш король. На что я отвечала честно, Что не хочу и неуместно, И оба убыли без спора. Но сам король явился скоро, При нем же рыцари, числом До ста, и сотня дам при нем: Белы, как млеко, их одежи, Белы, как снег, их кони тоже, И не встречала я на свете