- Я люблю холостых мужчин: с ними проще и обмана меньше.

- Вы бы не могли прикрыть бедра халатом, - попросил я, - а то мне прямо не по себе. Все-таки живой я и к тому же сытый.

- Сытый кем?

- Сытый чем.

Она запахнулась, выпила, но стала еще соблазнительней. Она была из тех женщин, которые сводят с ума, одеваясь. Стриптизерша наоборот. (Какой-нибудь владелец теневого ресторана мог бы заработать неплохие деньги на этой моей идее.)

- Кто, по-вашему, позарился на жизнь Шекельграббера? спросил я напрямик.

- Кто угодно, включая его жену, которую я никогда не видела.

- Естественно, она в Нью-Йорке.

- А вы проверьте, не прилетала ли она инкогнито?

- Зачем ей убивать мужа?

- Вы, наверное, Булгакова не читали? Иногда так бывает, что муж надоел, - объяснила она. - Мне, например, однажды сожитель надоел и я его в тюрьму отправила.

Я состроил удивленную физиономию.

- Написала начальнику паспортного стола, что живет мой закавказец без прописки на моей жилплощади - тогда с этим строго было. Но сожитель договорился с начальником полюбовно. Что делать? Я написала на начальника, что за взятки прикрывает бездомных закавказцев, моего в частности. Тут уж начальнику против воли пришлось его выселять за сто первый километр, чтобы свою должность и шкуру спасти, а сожитель перед отъездом побил меня до сотрясения мозгов, и его упекли за изнасилование. Ну, я выздоровела, и синяки зажили до свадьбы... Месяца три назад его выпустили по амнистии. Он ходил тут под окнами, пока я не велела вахтеру погрозить ему кулаком с обручальным кольцом на пальце.

- Он не мог убить Шекельграббера из ревности?

- Мог... И я могла... И меня могли. Но при чем тут документы?

- Вот-вот, документы. Может быть, искали какой-то конкретный компрометирующий документ, а в спешке похватали все подряд?

- Может быть. Мне он ничего не оставлял на ответственное хранение.

- Извините за нескромный вопрос, вам не приходило в голову, что Шекельграббер - шпион?