Он вкратце рассказал мне о своей работе. Казалось, со своим начальником, префектом, он ладил хорошо. Но, перейдя к своей личной жизни, брат, похоже, разволновался. Он рассказал, что его первая жена в последнее время ведет себя как-то странно. Ее отношение к нему изменилось, и он не понимал почему. Брат намекнул, что его отъезд связан именно с этим. Внезапно его охватила сильная дрожь, и я больше не стал вдаваться в суть проблемы, явно причинявшей ему немалые страдания.

Чтобы отвлечь его, я завел разговор о судье Ди и рассказал о письме, которое только что написал.

– О да, – подтвердил мой брат, – в Пейчоу до сих пор рассказывают о трех мрачных тайнах, которые разгадал судья Ди в свою бытность тамошним судьей. Передаваемая из поколения в поколение, рассказываемая и пересказываемая в чайных домиках, эта история, разумеется, значительно приукрашена фантазией.

– Сейчас едва за полночь, – возбужденно произнес я, – и, если ты не очень утомлен, я бы хотел ее услышать!

Изможденное лицо моего брата скривилось от боли. Но когда я поспешно принялся извиняться за свою неразумную просьбу, он остановил меня, подняв руку.

– Тебе не помешает услышать эту странную историю, – серьезно произнес он. – Если бью я сам раньше придал ей больше значения, может быть, все сложилось бы иначе… – Он замолчал, снова коснулся макушки и продолжил: – Ну, ты, конечно, знаешь, что во времена судьи Ди, после победоносной кампании против татар, северная граница нашей империи впервые отодвинулась к равнинам севернее Пейчоу. Сейчас Пейчоу – процветающая, густонаселенная префектура, оживленный торговый центр северных провинций. Но в то время это был еще довольно изолированный округ; среди немногочисленного населения жило много семей смешанной татарской крови, которые тайком осуществляли таинственные ритуалы варварских колдунов. Еще севернее располагалась великая Северная армия полководца Вен Ло, защищающая империю Тан против нашествий татарских орд.