Сибиряки хорошо знают: самое страшное - встретить в тайге медвежонка. Это верная смерть, потому что по пятам за симпатичным пушистым зверенышем всегда следует его мать. Медведица не разбирает, есть ли реальная опасность для ее потомства, слепо убивая всякое живое существо, оказавшееся поблизости.

Медведь-самец, особенно если он сыт, встреч с людьми избегает. Он ленив и, учуяв человека, всегда предпочтет уйти. Его можно напугать громким криком, грохотом выстрела, звоном котелка, иными резкими звуками.

Медведица - совсем другое дело. Почти не уступая самцу в размерах, она агрессивно лезет вперед, не задумываясь бросается на все, что движется вблизи от медвежат. Бросается и убивает. Удар медвежьей лапы не оставляет шансов на дальнейшее сопротивление. Можно попытаться увернуться, но убежать от разъяренной хищницы все равно не получится. Она догонит даже чемпиона мира по бегу.

Есть такое старинное русское выражение: «медведь заломал». Именно так и поступает медведица со своей жертвой: догоняет, наваливается всей тушей и начинает корежить обреченного, сдирая кожу, дробя кости, вминая ребра.

Страшные рассказы бывалых таежников о несчастных, встретившихся с медведицей и ее медвежатами, в Сибири слышали все, от мала до велика. Даже опытный охотник, хорошо вооруженный и знающий все повадки зверя, в большинстве случаев проигрывает медведице: убить это животное с первого выстрела практически нереально, а на второй хозяйка тайги времени, как правило, не дает.

Слоистые облака, закрывшие было солнце, расходятся, и косые лучи клонящегося к закату светила пронизывают заросший сад золотистыми стрелами. Шерсть медвежат в их свете переливается, играет, вспыхивают глазки-бусинки. Не обращая на людей внимания, звереныши принимаются с урчанием объедать малину вместе с листьями.

- Б-бежим… - жутким шепотом кричит Эн, стиснув кулачки на груди. Кажется, кричать шепотом невозможно, но у нее получается.