благосостояния; критик имеет право видеть светлое явление только в том

человеке, который умеет быть счастливым, то есть приносить пользу себе и

другим, и, умея жить и действовать при неблагоприятных условиях, понимает в

то же время их неблагоприятность и, по мере сил своих, старается

переработать эти условия к лучшему. И натуралист, и историк, и критик

согласятся между собою в том пункте, что необходимым свойством такого

светлого явления должен быть сильный и развитой ум; там, где нет этого

свойства, там не может быть и светлых явлений. Натуралист скажет вам, что

нормально развитый человеческий организм необходимо должен быть одарен

здоровым мозгом, а здоровый мозг так же неизбежно должен мыслить правильно, как здоровый желудок должен переваривать пищу; если же этот мозг расслаблен

отсутствием упражнения и если, таким образом, человек, умный от природы, притуплён обстоятельствами жизни, то весь рассматриваемый субъект уже не

может считаться нормально развитым организмом, точно так же как не может им

считаться человек, ослабивший свой слух или свое зрение. Такого человека и

натуралист не назовет светлым явлением, хотя бы этот человек пользовался

железным здоровьем и лошадиного силою. Историк скажет вам... но вы и сами

знаете, что он вам скажет; ясное дело, что ум для исторической личности так

же необходим, как жабры и плавательные перья для рыбы; ума тут не заменить

никакими эстетическими ингредиентами; это, может быть, единственная истина, неопровержимо доказанная всем историческим опытом нашей породы. Критик

докажет вам, что только умный и развитой человек может оберегать себя и

других от страданий при тех неблагоприятных условиях жизни, при которых

существует огромное большинство людей на земном шаре; кто не умеет сделать