Послѣ возвращенія изъ вавилонскаго плѣна,. во время котораго евреи почти вовсе утратили свой языкъ и приняли арамейскій жаргонъ, первосвященникъ Ездра, въ цѣляхъ от- даленія іудеевъ отъ самаритянъ, написалъ сеферъ ассирійски- ми или халдейскими буквами, въ какомъ видѣ. онъ дошелъ и до насъ.
Въ то же приблизительно время появился переводъ сефера на самаритянскомъ языкѣ и халдейскіе таргумы или переводы его на халдейскій (т. е. ассирійскій или арамейскій) языкъ.
Устное преданіе о смыслѣ сефера сохранилось въ сектъ эссеніянъ (іессеевъ). Ученымъ этой секты при египетскихъ Птоломеяхъ было поручено сделать переводъ сефера на гре- ческій языкъ. Но, по мнЪнію Фабра д'Оливе, они, не желая выдавать тайный смыслъ книгъ Моисея, дали въ переводѣ лишь матеріальный смыслъ ихъ, при чемъ въ нныхъ мЪстахъ умышленно исказили текстъ, допустивъ даже очевидный граммати- ческія неправильности.
Такъ появился греческій переводъ70 толковниковъ, по- служившій основаніемъ для всехъ дальнѣйшихъ переводовъ и для составленія всехъ еврейскихъ словарей.
Блаж. Іеронимъ сдѣлалъ новый самостоятельный переводь сефера на латинскій языкъ (Vulgata), но и онъ могъ передать лишь матеріальпый смыслъ книгъ Моисея, такъ какъ раввины, у которыхъ онъ учился, и сами не знали ни символическая, ни іероглифическаго смысла словъ древне-еврейскаго языка.
Всѣ дальнѣйшіе переводы, комментаріи и изслѣдованія сефера также не выходили за пределы узко матеріальнаго пониманія его. Посему Фабръ д'Оливе началъ все дело съ начала.
А именно,онъ составилъ свою грамматику еврейскаго языка и лексиконъ еврейскихъ корней, при чемъ разбиралъ символическое и іероглифическое значенія всехъ буквъ и ихъ первоначальныхъ соединеній. На основаніи этихъ данныхъ и въ соотвѣтствіи съ ними, онъ сдѣлалъ переводъ первыхъ 10 главъ книги Бытія Моисея.
При этомъ Фабръ д'Оливе свѣрялъ между собою и все наиболее известныя версіи сефера, а именно самаритянскую версію, халдейскіе таргумы, переводъ 70 толковниковъ и Вульгату и указалъ на встречающіяся въ нихъ противоречія.