В стене этой не столько виднелись, сколько угадывались высокие ворота. В тусклом свете фонаря, висевшего на столбе с другой стороны недавно, по-видимому, построенной дороги, можно было различить, что эти ворота — зеленые и что они щетинились остриями пик столь агрессивно, что могли бы, кажется, устоять даже перед тараном. Мне подумалось, что эта дорога с куском стены была проложена сразу после отвода участков под строительство и что построить здесь успели, возможно, пока только один этот угловой дом. Ночь, однако, была слишком темной, чтобы я мог проверить свое первое впечатление.

Тем не менее Раффлс видел это место в дневное время и поэтому явился сюда во всеоружии, готовый преодолеть все имевшиеся препятствия. Вытянувшись во весь свой рост, он быстренько надел пробки из-под шампанского на острия пик, а затем, свернув свое длинное коверкотовое пальто, любовно уложил его поверх надетых пробок. Когда Раффлс, уцепившись за прутья, подтянулся на руках, я отошел на несколько шагов и увидел, как он на долю секунды завис над воротами серовато-синей пирамидой. Когда же он, слегка качнувшись, перемахнул через ворота, я бросился за ним вслед и всем своим весом обрушился на пики, пробки и на коверкотовое пальто, которое Раффлс уже пытался стащить вниз.

— Решился наконец?

— Еще бы!

— Тогда осторожнее. Все здесь опутано проводами с пружинками и колокольчиками. Постой не двигаясь, пока я не сниму пробки.

Садик, в котором мы очутились, оказался маленьким и был разбит, видимо, совсем недавно. Куски дерна еще не вполне срослись между собой и поэтому покрывали лужайку лоскутами. Однако тут росло несколько взрослых лавровых деревьев.

— Колокольчики развешены около деревьев, — прошептал Раффлс, — раскачиваясь, они издают легкий, ни на что не похожий звук. Ух, хитрый старый лис!

Нам пришлось, обходя эти колокольчики, дать довольно большой крюк.