— Бедный Джек Раттер! — со вздохом сказал Раффлс. — Нет зрелища печальнее на свете, чем то, когда молодой человек таким вот образом катится вниз. Пьянство и долги почти свели его с ума. Ты обратил внимание на глаза Джека? Странно, что мы встретились с ним именно сегодня вечером. Говорят, между прочим, что это старый Бэерд обобрал Джека до нитки. Как бы мне хотелось спустить шкуру с самого Бэерда!

В голосе Раффлса неожиданно послышалась сдержанная ярость, которую еще более подчеркнуло то обстоятельство, что он вновь надолго замолчал. По сути, это молчание длилось в течение всего чудесного ужина в клубе и даже некоторое время после того, как мы уселись в тихом уголке курительной комнаты с нашим кофе и с сигарами. Затем, когда я заметил, что Раффлс смотрит на меня, слегка улыбаясь, я понял, что приступ дурного расположения духа у него заканчивается.

— Осмелюсь заявить, ты недоуменно гадаешь, о чем это я думал все это время, — сказал он. — А думал я о том, что из дела, если его не доводишь до конца, всегда выходит сплошная дрянь!

— Ну-у-у, — протянул я, одаривая Раффлса ответной улыбкой, — ты-то не можешь бросить в свой адрес подобных обвинений, не так ли?

— Не совсем в этом уверен. — Раффлс задумчиво выпустил изо рта струйку дыма. — Между прочим, я размышлял не столько о себе, сколько о бедняге Джеке Раттере. Именно этот молодой человек все делает наполовину. Он лишь частично стал носителем зла — и посмотри на разницу между ним и нами! Он попал в лапы мерзкого ростовщика, а мы — вполне кредитоспособные граждане. Он пристрастился к алкоголю, мы же всегда трезвы и расчетливы. Его друзья начинают от него отворачиваться, нам же немалых хлопот стоит отвадить приятелей от наших домов. Enfin

— Почему это? Что еще мы могли бы совершить?! — воскликнул я, посмеиваясь и при этом слегка оглядываясь, дабы удостовериться, что нас никто не слышит.

— Что еще? — повторил Раффлс. — Ну, например, убийство.