— Тот самый округ, — сказал Том. — Водохранилище затопило его практически целиком. Не осталось ни одной деревни. Главная усадьба располагалась в Паткинс-Корнерз... о, поворот проехали.

Влево от шоссе отходила двухполосная асфальтовая дорога. Дортмундер понимающе кивнул и поехал прямо.

— Эй! — рявкнул Том.

— Что случилось?

— Мы же поворот проехали! Ты что, глухой?

На сей раз Дортмундер остановил машину на пыльной обочине. Обернувшись к Тому, он спросил:

— Уж не хочешь ли ты сказать, что я должен был свернуть?

— Да, именно это я и сказал! — Том так рассердился, что его губы чуть-чуть шевельнулись. — Я же сказал: мы проехали поворот!

— В прошлый раз, когда ты сказал «мы проехали поворот», — ледяным тоном ответил Дортмундер, потихоньку начиная звереть, — ты вовсе не хотел сказать, что мы пропустили поворот. Ты имел в виду нечто иное. То ли тебя потянуло на воспоминания, то ли что-то еще.

Том вздохнул и, уставившись на приборную доску, потер кончик носа согнутым пальцем. Затем кивнул.

— Ладно, Эл, — сказал он. — Мы слишком долго жили порознь. Нам придется вновь научиться понимать друг друга.

— Наверное, ты прав, — согласился Дортмундер, не желая спорить со старым приятелем.

— Так вот, на сей раз я имел в виду «сверни на этом повороте». Я и сам проклинаю себя за то, что так и не научился выражаться более ясно.

— Это было бы весьма кстати, — признал Дортмундер.

— Теперь слушай мои указания. Сейчас мы развернемся, отъедем назад и попробуем все сначала. Хорошо?

— Хорошо.

Дортмундер оглянулся по сторонам, развернул машину, и Том тут же сказал:

— Поворачивай.

— Я помню, — заметил Дортмундер, сворачивая на двухполосную дорогу.

— Я только хотел поучиться произносить это слово так, как полагается.

— Интересно бы узнать, — сказал Дортмундер, ведя машину меж обступивших дорогу деревьев, — что это было — еще одна из твоих знаменитых шуточек?