– Весьма оригинально.

– А по-моему, забавно, – парировала Элли.

– Само собой. – Генри улыбнулся. – Просто для дамы ее возраста... с такой легкостью относиться к...

– Все течет, все меняется, – серьезно отозвалась Элли.

– Гм-м... – только и сказал Генри.

Сейчас, вспомнив письмо тетушки Кейт, он еще сильнее нахмурился.

Неплохо было бы, пожалуй, разузнать у Элли кое-какие подробности о старушенции. Эксцентричные дамы, особенно богатые эксцентричные дамы преклонного возраста, требуют к себе максимум внимания. И относиться к ним нужно бережно, с трепетной заботой.

– Элли, дорогая... – начал он. – Нет, милая, не нужно оборачиваться... сколько раз я повторял – что бы ни случилось, не отрывай глаза от дороги. Просто ответь «да?» – и этого будет достаточно.

– Да? – послушно произнесла Элли.

– Речь о твоей тете. Как ты считаешь, не следует ли мне что-то иметь в виду при беседе с ней? Ну, скажем, какие-нибудь ее маленькие слабости... пристрастия... или же, напротив, антипатии? Да, кстати, пришло в голову... Может, купим ей по дороге цветы?

– У нее неимоверное количество цветов. Кейт страстный садовод.

– Ага!

Подобное хобби вполне вписывалось в созданный Генри портрет милой старушки, божьего одуванчика.

– К тому же, – продолжала Элли, – я ведь и так везу подарок. От нас обоих.

– Что, тот старый фолиант? По правде сказать, Элли, мне как-то...

– Она коллекционирует старинные издания. Помимо многого другого. – Невеста надолго умолкла, но Генри, уловив сосредоточенную нотку в ее голосе, терпеливо ждал. И не напрасно. – Даже не знаю, как ее тебе описать, – призналась наконец Элли. – Кейт... она... э-э... довольно...

– Эксцентрична, – подсказал Генри.

– О да, эксцентрична... Чертовски эксцентрична! Тебе и впрямь стоит запомнить... словом, избегай кое-каких тем. Кейт, знаешь ли, жутко упряма. Если уж она себе вбила в голову определенное мнение, то спорить с ней бесполезно.