— Мария, ты меня пугаешь, — качал головой Павел.

— Ты мне не позвонил… Я ждала-ждала… Я испугалась…

— Чего? Маша! Что со мной может?… Смотри, какой я упитанный и цельный…

— Ты меня простил?

— Простил-простил, — наигранно вздохнул Павел. — Но в последний раз… И больше никаких пайков! Умоляю!.. Я сыт!..

— Ты не хочешь, чтобы я тебя любила? — вполне серьезно спросила Маша.

— Хочу, но…

— Я хочу целоваться…

— Маша… в рабочее время?

Она тащила его за руку через кусты. Он беспомощно страдал.

— Мария, куда ты меня?… По-моему, мы сошли с ума… Нам же скоро по сорок лет… Я в школе так не…

— Мы, дурачки, с тобой двадцать лет потеряли. — Нашла укромную лавочку под стеной какого-то строения. — Как жаль, что мы не встретились за одной партой… Ты понимаешь?… Я хочу плакать. Мы бы жили-поживали, и была бы у нас куча мала…

— Маша, ты что? — Он смотрел в ее глаза. — Суши весла, боцман!

— Прости, нам так мало… — Уткнулась в его плечо.

Он растерянно гладил ее голову.

— Ну, привет, смеялись-смеялись… Мария, в чем дело?

— Ты ушел, а мне плохо-плохо… Будто душу какая-то сила выворачивает… Потрошит… И так страшно-страшно-страшно…

— Маша, медицина по этому поводу…

— Я тебя люблю, — сказала она и посмотрела в глаза. Он выдержал взгляд.

— Я тебя люблю.

— И ты меня никогда не бросишь?

— Маша, ты забыла, у нас… Скоро детям в школу…

— Молчи-молчи-молчи, — горячечно проговорила женщина. — У нас ничего и никого нет. Есть только мы! Ты понял: ты и я… На всем белом свете… Ты же со мной счастлив?

— Очень, — вздохнул утомленно Павел. — Мария, чего ты хочешь?

— Я хочу быть с тобой. Всегда-всегда. Если тебя вдруг не будет, я умру… И все!

— Я буду, обещаю… Кстати, родная, знаешь, где мы сидим?