огнем пройтиуспели, храбростьвыказали. Ниодин не дрогнет,не ослушается.Семьдесят душ— а рать в три-четыресотни одолеютзапросто. Счего бы мнеуклад привычныйиз-за какого-тотам царя менять?

Проуроки чародействаАндрей благоразумноумолчал.

—Экий ты стал…Домосед, — покачалголовой гость.— От роду всегочетверть века,а задеревенел,ровно дуб вековой.Не скучно?

Андреймолча допилвино, поставилкубок на стол,отодвинул:

— Тыу нас в роду завсех путешествуешь,Юрий Семенович.Чего самомувремя терять,коли тебя обовсем расспроситьможно? Где бывал,княже, чеговидел, чем земляполнится, чтонового округслучилось?

—Много чего,Андрей Васильевич,ой, много… —Князь Друцкийоткинулся наспинку креслаи таинственноулыбнулся. —Помнишь, сынок,как мы с тобойпроклятоезолото на западиз мест нашихувезли? Славноебыло приключение,недолгое, ноприбыльное.

—Хорошо прокатились,— признал Зверев.— Не без этого.

—Хорошо, — согласилсягость. — Корольшведский Кристиан,коему частьзолота досталась,низвергнут,заключен подстражу, а королевствоего ныне рассыпалось.БургомистрЛюбека Вулленвевер,получившийдругую часть,четвертован,мой ростовщикубит грабителями,епископ тронулсяумом и началторговатьцерковнымиземлями, рыцари-крестоносцылифляндскиевслед за нимверу христианскуюотринули, замкиордынские себеприсваивают,обет целибатанарушают, вдомах своихдевок гулящихселят, а иныеи вовсе женберут. Битьсяза веру папскуюи клятвы своиникто не желает,еретиков вездепривечают,словно друзейдорогих. Полныйразвал и разброд,власти нетникакой, везде,куда ни глянь— разгул и шатания.Смотрю я насие, и страхомсердце наполняется;а ну, и ко мнезолотой какойиз тех денегвернется. Чтоскажешь, АндрейВасильевич,надобно сегобояться? Тыведь чародейизвестный.Кому, как нетебе, о том знать?



16 из 249