просто люди, мы – их суе-вера! С верой–то не поспоришь! Акромя того, хочу я выразить мое

почтение козырю без портов. Не сумлеваюсь, он – классный мальца великучий пацан, – Роб сделал

паузу и тихо добавил. – Так я могу сказануть ей, что ты в поряде, айе?

В его голосе очевидно были слышны нотки нервозности, словно он и был бы рад сказать больше, но был уверен, что услышанное ей не понравится.

– Роб Всякограб, мне будет очень приятно, если ты это сделаешь, – ответила Тиффани, – потому

что, как я могу судить, прямо сейчас мне предстоит оказать помощь куче народа.

Роб Всякограб внезапно показался кем–то, кому поручили исполнить неблагодарную работу, и

отчаянно выпалил слова, которые ему повторяла его жена:

– Кельда говорит, в море больше рыбы, хозяйка!

Тиффани мгновение замерла неподвижно, а потом, не глядя на Роба, произнесла:

– Передай кельде мою благодарность за совет на счет рыбалки. Если не возражаешь, Роб, у меня

есть дела. Поблагодари кельду.

К этому времени большая часть толпы уже спустилась с холма чтобы поглазеть, спасти или

попытаться оказать первую помощь стонущим погонщикам сыров. Для посторонних это конечно

было еще одним представлением: не часто увидишь подходящую кучу малу, состоящую из людей и

сыра. И – кто знает? – там могут оказаться действительно интересные травмы.

Тиффани, обрадованной тем, что наконец–то для нее нашлась работа, не пришлось прикладывать

усилий, чтобы подойти к месту происшествия. Остроконечная черная шляпа прокладывала путь через

толпу быстрее, чем святой через бушующее море. Она растолкала счастливых зевак, пихнув пару–

тройку из зазевавшихся посильнее. Как оказалось, на самом деле список жертв оказался не столь уж

большим: одна сломанная рука, одно запястье, одна нога и необычно большое число синяков, порезов