неведении о нем и, сколько Иисус ни любил ее, он позволил ей сохранить этоневедение. Фаддей видел здесь доказательство того, что праведник, ничего оИисусе не ведающий, все же не проклят. Прокляты те, кто слышал Мессию ипренебрег им. В виде дальнейшего доказательства он, сиречь Фаддей, указывал,что Мессия возвратится во всей славе его, дабы судить нас, уже очень скоро инесомненно до истечения сроков наших. Но ведь за эти сроки, сколь бы усердно мыни свидетельствовали о нем, нам нечего и надеяться просветить более несколькихсот человек. Означает ли сие, что врата Царствия Небесного откроются лишь длянескольких сотен, а для остальных тысяч, населяющих мир, останутсязатворенными?

Тут, каквспоминается мне, Фаддей и Иаков принимались спорить, возвышая голоса иразмахивая руками.

Сам же яверю, что в Царствии Небесном много найдется дворов, и садов, и врат, и покоев,и что невежественные праведники будут жить в одном из таких, а воистинуспасенные будут жить с нашим Спасителем во внутреннем храме. И верю в правотуФаддея, говорящего, что те, кто слышал призыв Иисуса, но отверг его, допущенына небо не будут. И потому говорю тебе, любезная Азува, так: на женщину,которая живет в Иисусе и которой домогается влюбленный, в нем не живущий,возложено тяжкое бремя. Ибо, пока человек остается невежественным, он еще можетвойти в Царствие, если же он услышал твои свидетельства о Мессии, но рассмеялсятебе в лицо, то будет проклят. И значит, вера твоя должна быть воистинусильной, а иначе ты достигнешь только того, что лишишь его жизни вечной.

Я понимаю,впрочем, что со дня, в который ты отправила мне письмо твое, миновали многиенедели. Жизнь требует действия, а действия следуют за желаниями. Что досовершающегося между женщиной и мужчиной, я думаю, все, бывшее еще несодеянным, когда ты писала ко мне, теперь уже содеялось и отменить егоневозможно, а стало быть, я зря расходую чернила. Но пусть и так – ты задаламне вопрос, я ответил. Хвали Господа!