
И Тео с обновленной решимостью вернулся к работе.
Обращаюсьтеперь к вопросу, который задает мне возлюбленный брат Хореш.
Тео пожевал нижнюю губу. Перевести «Хореш» как «Джордж»?Постучав пальцем по клавише обратного хода, он стер пять букв и набрал вместоних «Джордж». Затем стер «Джордж» и ввел «Хореш». В правом нижнем углу экраназначилось время – 1:27. Холодная постель ожидала его, в желудке покоилосьполфунта инкрустированной салями, промаринованной в «Пепси» «моцареллы», аМередит, надо полагать, обвивала сейчас ногами шею фотографа дикой природы.
Тыспрашиваешь, каково истинное имя Фаддея. Фаддей, когда я спросил его об этом,ответил, что имя его Фаддей. И потому я должен сказать тебе, что его имяФаддей.
– Чтоб ты сдох! – горестно возопил Тео и отправился спать.
На следующее утро он, со слезящимися глазами, в очках,слегка запотевших от горячего кофе, перевел следующие строки:
Однако,говоря со всем благоразумием, в кругу достойных доверия друзей, не будет, думаюя, предательством сказать, что если бы ты задал этот вопрос не мне, а материФаддея, она ответила бы тебе, что имя ему – Иуда.
Ибо подтаким именем был он известен, пока деяния другого Иуды, Предателя, не покрылиэто имя позором. Более того, если случится тебе когда-нибудь повстречаться ссамим Иудой, инако Фаддеем, а такая удача может выпасть тебе, ибо он отправилсястранствовать, дабы преданно свидетельствовать о славе Спасителя нашего,советую обращаться к нему, как к Фаддею, а другого имении ни в коем случае непроизносить. Ибо оно сильно его уязвляет.
