в самом деле похож на настоящего кангасейро в кожаной шляпе, с патронташем нагруди. Он кричит на разные голоса, пока перед ним не соберется толпа: мужчины,женщины, дети. Тогда он продает желающим билеты. Площадь охвачена весельем:огни карусели радуют всех. В центре Хромой, на корточках, помогает папашеФрансе завести мотор. И карусель крутится вместе с детьми, пианола играет своистаринные вальсы, Сухостой продает билеты.

      По площади гуляют парочки влюбленных. Матери семействпокупают пломбир и эскимо. Какой-то поэт, сидя у моря, сочиняет поэму об огняхкарусели и радости детей. Карусель освещает всю площадь и все сердца.Ежеминутно с улиц и переулков вливаются на площадь все новые и новые толпынарода. Сухостой, одетый кангасейро, зазывает публику. Когда карусель останавливается,дети гурьбой бросаются к ней, на ходу показывая билеты, их невозможно сдержать.Если кому-то не хватает места, он остается, чуть не плача, и с нетерпением ждетсвоей очереди. А когда карусель останавливается, многие не хотят слезать, итогда приходится вмешиваться Хромому:

      - Ну-ка, давай, давай отсюда. Или покупай другой билет.

      Только так дети покидают полюбившихся лошадок, без усталибегущих по кругу. Их место занимают другие, и вновь несутся неутомимые скакуны,летят разноцветные огоньки, сливаясь в один удивительный нимб, и пианола играетсвои старинные мелодии. На скамейки садятся влюбленные,

      и пока карусель крутится, шепчут друг другу слова любви. Анекоторые даже целуются, когда мотор выходит из строя, и огни гаснут. Тогда папашаФранса и Хромой склоняются над мотором и ищут неисправность, пока бег неначнется снова, положив конец возмущенным крикам детей. Хромой узнал уже всетайны мотора. Наступает момент, когда папаша Франса велит Хромому подменитьСухостоя на продаже билетов, чтобы тот мог покататься на карусели. И мальчишка



60 из 250