Через час все объявления о собрании сняли.

Часто, после работы я сидел в лаборатории и доводил до ума два комплекта лазерного ружья. Иногда приходила Ира. Мы говорили на разные темы, мечтали о Соколове — академике, разной чепухе, которая нас ждет впереди. Иногда возникали деловые вопросы.

— Ирочка. Одно ружье надо разобрать и спрятать. Лучше вынести на животе или в карманах по частям. Что ты об этом думаешь?

— Ты просто хочешь себя обезопасить?

— Хотел бы.

— Давай отнесем ко мне.

— Нет рисковать тобой не будем, это может быть опасно.

— В каком смысле?

— Этот оружие, слишком серьезная вещь. Когда об нем узнают, будет такой ажиотаж, что каждый винтик станет засекреченным. А тут, целый экземпляр и у тебя.

— Но тебе он нужен?

— Да.

— Я не спрашиваю для чего, но если нужно, я могу сохранить.

— Спасибо Ирка, но я спрячу сам.

— Спасибо не отделаешься, а ну целуй сюда.

Она неопределенно провела пальцем от щеки до губ.

ЧП все-таки произошло. А произошло это так.

К нам из воинских частей прислали баллоны высокого давления около 250 атмосфер, для замены вентилей на новые. Баллоны были громадны, около 2 метров высотой и диаметром 400 миллиметров. Представитель воинской части утверждал, что баллоны разряжены, воздух спущен и они в хорошем состоянии. Замену вентилей доверили мне.

Я собрал рабочих и объяснил задание. На большой, чугунной плите, от расточного станка, валявшейся на улице, закрепить двумя металлическими хомутами баллон и ключом с рычагом, в виде трубы, длинной около 2 метров, отвернуть вентиль. Потом завернуть новый вентиль. Кажется все ясно.

После третьего баллона, ко мне подошел рабочий и говорит: «Андрей Александрович, на хомуты идет очень много времени, нельзя ли обойтись без них. Я сяду на баллон верхом, зажму его ногами, а другой пусть откручивает. Не бойтесь, баллон не провернется, так как он тяжелый и я тоже». Я дал согласие и мы 6 баллонов прокрутили удачно.