Баглир крикнул. Он ожидал беспокойства со стороны сонных часовых, но все оставалось спокойным. Баглир одним взмахом крыльев послал себя в воздух и плавно спланировал по ту сторону частокола. Еще один крик. Теперь он знает, как стоят дома в этом треклятом селении. Вот один — не самый маленький, не самый большой, окна махонькие, значит, склад, а главное — не заливается из-за забора проклятое собачье племя. Человек же у забора — не препятствие. Маленькие оконца не преграда: когти режут дерево, потом мягкие пальцы выдавливают стекло. Никакого звона, зато можно взлететь на крышу и сложить стекляшки стопкой. Со сложенными крыльями Баглир пролезет еще и не в такую дыру! Вот из аборигенов не всякий ребенок сможет. Для того они, эти оконца, верно, и сделаны такими маленькими. Темно. Баглиру пришлось еще раз крикнуть — никто не слышит ультразвука. Зато стало понятно — склад. Мягкое, видимо, одежда, какие-то вещи… А вот это дверь. Что за ней? Баглир подошел, осторожно пощупал: запоров не было. Он мягко надавил на дверь, пытаясь тихо и бесшумно ее открыть.

За дверью загрохотало. Баглир замер, потом начал тихо отодвигаться от двери, из-за которой неслись недовольные возгласы на непонятном языке. Наконец, схватил, что попалось под руки, и полез в окно. Схватил, однако, больше, чем надо бы — застрял. Дверь распахнулась так резко, что звука не издала — только воздух хлопнул. А потом Баглира схватили за ноги и потянули назад. Когти его запутались в добыче, и Баглир уже подумал было, что настает его распоследний час, как схвативший его абориген недоуменно сказал:

— И что ты за зверушка такая, что по домам лазаешь и тулупы таскаешь? На моль как будто не похожа… Скорее помесь совы с выдрой. Чудны дела твои, господи! Я тут уже не первый десяток лет, а таких как ты, не видывал. Вчера только рассказывали о похожей птице. Это не ты Сновидову харю располосовал? Что же нам с тобой делать, а? Пожалуй, для начала свяжем.