Они чокнулись по настоянию клиента и выпили. Гость залпом выплеснул водку себе в горло, успев при этом заметить, что на костяшках пальцев у бармена имеются ссадины. Заметил он и быстрый взгляд, который бармен бросил поверх рюмки на его шрам. Приезжий сдержал усмешку. Кажется, дело пошло на лад. И вообще, здесь, в жарких тропиках, все казалось гораздо более незатейливым, чем там, под холодным северным небом. Все здесь было какое-то ненастоящее, упрощенное до предела... Или это только показалось?

– Никак не могу привыкнуть к этой гадости, – пожаловался бармен, морщась от едкой водочной горечи и возвращая пустую рюмку на стойку.

– Ее надо пить быстро, – сказал клиент. – Сейчас я тебя научу. Подай-ка пару пива.

– Пива? – Бармен выглядел сраженным наповал и, кажется, не верил собственным ушам. – Я не ослышался? Вы попросили пива?

– Пива, пива, – подтвердил клиент и, сморщив лоб от умственного напряжения, которого потребовал перевод, изрек: – Водка без пива – деньги на ветер.

– Как вы сказали? – переспросил бармен.

Клиент повторил – медленно, раздельно, по ходу дела слегка подкорректировав перевод. Бармен пришел в восторг от шутки и захохотал, запрокинув бритую голову и демонстрируя крупные зубы, желтые от никотина и кофе. Приезжему этот восторг показался слегка нарочитым, как и все, что его окружало на этом пляжном островке.

Продолжая посмеиваться и вытирать костлявым кулачищем навернувшиеся на глаза слезы, бармен достал из холодильника две бутылки пива и ловко сорвал с них колпачки. Над мгновенно запотевшими горлышками поднялся легкий дымок, пиво зашипело и полезло наружу.

– Надо попробовать, – сказал бармен. – В конце концов, это моя профессия, и пробелы в образовании недопустимы.

– Угу, – сказал приезжий, лениво посасывая пиво прямо из горлышка. – Это называется ерш.

Слово "ерш" он произнес по-русски, и бармен его, естественно, не понял.

– Йоршь? – переспросил он.