Например, нам это ничем не помогло, когда убили первого Гвардейца.

Мне было девять, и мы с Катариной жили в Новой Шотландии. Под тренировочный зал у нас был оборудован чердак. Однажды, после очередной тренировки, Катарина полностью выдохлась, а во мне, наоборот, кипела энергия, и я в одиночку отрабатывала на коне махи и круги с поворотами. Внезапно мою лодыжку обожгла невыносимая боль. Потеряв равновесие, я рухнула на мат, сжимая ногу и вопя от боли.

Это был мой первый шрам, означавший, что могадорцы убили Первого... первого из Гвардии. И как бы старательно Катарина не прочесывала интернет – всё равно нас обеих это застигло врасплох.

Всю следующую неделю мы сидели как на иголках, каждую секунду ожидая второго убийства и второго шрама. Но ничего не произошло. По-моему, Катарина до сих пор, как сжатая пружина: готова в любой момент сорваться с места и пуститься в бега. Но с того случая прошло уже три года – почти четверть моей жизни – и мне надоело переживать на эту тему.

Я загораживаю собой монитор.

– Ау! Сегодня воскресенье. Давай поиграем.

– Ну, Келли, кыш.

В устах Катарины моё новое имя звучит непринужденно. Но я знаю, что для неё я всегда буду Шестой. В душе, я думаю о себе так же. Фальшивые имена для меня просто ширмы, у них нет ничего общего со мной настоящей. Только вот, за свою жизнь на Земле, я столько их переменяла, что родного уже и не помню.

Шестая – вот моё настоящее имя. Потому что я – Шестая.

Катарина отпихивает меня в сторону, чтобы прочитать новость поподробней.

На подобную ерунду у нас почём зря уходит целая куча игровых дней. И никогда ещё сработавший сигнал не оборачивался чем-то большим. Обычные незамысловатые несчастные случаи.

Как по мне, так на Земле несчастных случаев вообще хоть отбавляй.