— Нет, инспектор, — сказал дежурный. — Как обычно. Несколько ограблений, убийство из ревности, разные сексуальные штучки. Ничего сенсационного не было.

— Хорошо, Ричард, спасибо. — Коун выключил селектор.

— Странно, — пробормотал он. И пошел к двери.

Кабинет шефа располагался на третьем этаже. Коун поднялся по лестнице, в приемной шефа кивнул секретарше и вошел в кабинет господина Мелтона.

Шеф что-то писал. Он указал Коуну на кресло и попросил подождать. Инспектор сел, вытянул ноги и вдруг почувствовал, что левый ботинок жмет. Кто-то говорил ему, что новые ботинки следует смазывать изнутри одеколоном. “Надо попробовать”, — подумал Коун и скосил глаза на шефа. Тот продолжал торопливо писать. На стене, над головой шефа, висела картина, на которой была изображена богиня возмездия Немезида. Картину приобрел предшественник шефа. Господину Мелтону дама с мечом понравилась, и он ее оставил.

Наконец шеф размашисто подписал бумагу, сунул ее в ящик стола и поднял глаза на Коуна. Глаза у шефа были серые с мелкими точечками вокруг зрачков. Возле глаз пролегли морщинки. На щеках проступал склеротический румянец. Шефу было уже за шестьдесят.

— Вот что, Коун, — сказал он раздумчиво. — Звонил министр. Сенатор Домар сделал еще один запрос об этом новом наркотике. Как его, кстати, называют?

— “Привет из рая”, — усмехнулся Коун.

— Да. Сенатор выражает крайнее возмущение нашей медлительностью.

— Разумеется, шеф. Но наркотиками занимается Грегори.

— Не торопитесь, Коун. Я недоволен работой Грегори. Поэтому все материалы можете получить у моего секретаря. А с Грегори поговорите. Кое-какую информацию он вам, возможно, даст. Поинтересуйтесь “Орионом”.

— Да, шеф, — сказал Коун. Причина раннего вызова к господину Мелтону не стала для него понятнее. За двадцать лет службы в полиции, Коун это отлично помнил, шеф не имел обыкновения являться на службу спозаранку.