с дюйм примерно, и я увидел на нем чьи-то следы. Кто-то поднялся от карьера,постоял немного у перелаза, а после пошел вдоль забора. Странно – стоял-стоял человек,а в парк так и не сунулся. Я собрался было пройтись по следам, но сначаланагнулся, чтобы получше их рассмотреть. В первый-то миг я ничего не увидел, ноуж во второй… Крест из гвоздей на каблуке левого башмака, чтобы, значит, чертейотваживать.

Через секунду я уже несся вниз по холму и все оглядывался набегу, но, правда, так никого и не увидел. И очень скоро оказался в доме судьиТэтчера. А тот и говорит:

– Что-то ты совсем запыхался, мой мальчик. Тебе нужны твоипроценты?

– Нет, сэр, – отвечаю я, – а что, есть проценты?

– О да, вчера вечером поступили, за полгода – больше стапятидесяти долларов. Для тебя это целое состояние. Знаешь, давай-ка я присоединюих к шести тысячам, а то ведь, если ты их возьмешь, так потратишь ни на что.

– Нет, сэр, – говорю, – не хочу я их тратить. Не нужны онимне – и шесть тысяч тоже не нужны. Я хочу, чтобы вы их себе взяли, хочу вам ихотдать – вместе с шестью тысячами.

Он удивился. Не мог понять, что на меня нашло. И говорит:

– Постой, мой мальчик, что ты этим хочешь сказать?

Я говорю:

– Пожалуйста, не задавайте мне никаких вопросов, простовозьмите деньги, ладно?

А он говорит:

– Совсем ты меня с толку сбил. С тобой случилось что-нибудь?

– Прошу вас, возьмите деньги, – говорю я, – и ни о чем неспрашивайте – тогда мне врать не придется.

Он некоторое время вглядывался в меня, а потом говорит:

– Ага-а! Кажется, понял. Ты хочешь продать мне все,чем владеешь, – продать, а не отдать. Очень правильная мысль.

Потом он написал что-то на листке бумаги, перечиталнаписанное и говорит:

– Ну, так; видишь, тут сказано: «за вознаграждение». Этозначит, что я купил у тебя твои деньги и заплатил за них. Вот тебе доллар,получи. И распишись вот тут.