За два дня доотъезда из Лондона Катажина оттащила чемодан с майками на Ноттинг-Хилл-Гейт, вмагазин «Ю-дизайн ит». Здесь она, согласно предварительной договоренности,заплатила мужчине-азиату и дала ему точные указания - какой рисунок на какую майку нанести. В набранных помузыкальным магазинам материалах было полным-полно фотографий и эмблем - как и в рекламе, вырезанной  из музыкальныхжурналов. Из Польши она прихватила с собой -на случай, если в Лондоне таких найти не удастся, - лишь пару фотографий: Фила Коллинза и «Дайр Стрейт». Дома онипойдут нарасхват, особенно у старичков с деньгами, так что можно будет дажепоэкспериментировать с ценами. За «Одухотворенных», «Будущий звук Лондона»,Трики и прочих запрашивать, наверное, придется поменьше, однако на ее сторонебудет их уникальность: эту нишу никто еще заполнить не потрудился. Она дажесможет гарантировать покупателям, что, если те найдут в Польше такие же майкипо меньшей цене, им возвратят деньги в двукратном размере. Польские остолопы наэтот фокус купятся как миленькие: это же так по-американски.

Потом она обошла(с десяток?) обменных бюро, выбрала то, где можно было с наибольшей выгодойобратить оставшиеся у нее английские фунты в американские доллары - набивать сумочку злотыми никакой срочностине было. Себе Катажина оставила лишь несколько фунтовых монет достоинством вфунт каждая, - хватит, чтобы протянутьдва оставшихся дня. Билет на подземку до аэропорта, ну, может быть, молочныйкоктейль в «Макдональдсе»: обо всем остальном позаботятся другие, и здесь, и натом конце. И, словно перелистывая страницы мысленного блокнота, она провериласписок вещей, о которых следует помнить: американские доллары, да… черныепластиковые мешки для мусора, да… рулон клейкой ленты для ценников, да…паспорт… гигиенические прокладки… дерьмовое чайное полотенце с надписью «ДомВиндзоров» для мамы… стопка ее записей… ах да, и…

Болеслав Шайна… Jeszcze Polska nie zginęła…