- А Воробьев стекло не выбивал!

- Это что еще за новости?! - Рука директора оседлала бронзовую лошадь чернильного прибора.

- А Воробьев стекло не выбивал! - повторил Семин.

- Кто же, по-твоему, выбил?

- Не знаю.

- Вот-вот, - оживился директор, - не знаешь, а говоришь! Воробьев сам признался. Цонятно?

- Понятно, - ответил Марк Порций Катон Старший. - А Воробьев стекло не выбивал.

Розовая голова директора поплыла по кабинету, как воздушный шарик.

- Воробьев говорит - выбил, ты говоришь - не выбивал! Кому прикажешь верить?

- Мне! - приказал упрямый римлянин.

Директор вспыхнул:

- Позвать Воробьева!

Позвали. Воробьев пришел.

- Ты выбил стекло?

- Я, - как по-заученному, выпалил Воробьев.

- Что ты на это скажешь, Семин? - - победоносно спросил директор моего школьного товарища.

- Он врет! - ответил Семин.

- Какой ему резон врать? Если бы он отпирался, тогда другое дело. Но он признается. Не вижу логики!

- Он врет! - повторил Семин, который видел логику.

- Отстань ты! - лениво буркнул Воробьев и тайком погрозил Семину кулаком, - Я выбил.

- Теперь ты убедился? - Директор торжествующе трепал по холке бронзового коня.

- А Воробьев стекло не выбивал!

- Во-он! - тихо сказал директор, и его розовая голова стала пунцовой.

Так была упущена еще одна возможность раз и навсегда покончить с выбитым стеклом. История продолжалась.

В классе шел сбор, посвященный сбору колосков в подшефном колхозе. Все шумно обсуждали колоски. Спорили. Брали обязательства. Мой товарищ поднял руку.

- Обязуюсь собрать мешок колосков, - сказал он и тут же добавил: - А Воробьев стекло не выбивал!