Среди моделей особенно выделялся красавец-корабль со снежно-белыми парусами. Это была самая крупная модель, и Алекс поневоле ею залюбовался. Откуда-то из недр памяти выплыло слово «галеон», но что это значит, он не помнил.

Стены кабинета были увешаны фотографиями, картами (кое-какие из них явно древние) и картинами. Особенно выделялся портрет сурового мужчины, чей взгляд, казалось, пронизывает тебя насквозь, в какой бы точке комнаты ты ни находился. От этого холодного и недружелюбного взгляда Алексу стало не по себе. Было непонятно, что делает этот портрет среди прочих милых и приятных вещей в этой комнате. Здесь он казался пришельцем из другого мира…

— А что это за портрет? — спросил Алекс.

— Это подарок от одного друга семьи, — ответила Майя. — Кто на нем изображен, я точно не знаю, вроде какой-то ученый. А что?

— Да взгляд у этого… ученого уж очень неласковый, — сказал Алекс.

— Это тебе с непривычки так кажется, — возразила Майя. — На самом деле, он пытливый, изучающий.

— Это взгляд настоящего ученого, погруженного в свои исследования, — добавила Дина, и в ее голосе Алексу даже почудилась какая-то обида за этого самого ученого.

— А, ну может быть, — сказал Алекс, хотя девочки его совершенно не убедили.

— Ну, как тебе наш кабинет? — спросила Дина с напускным равнодушием.

Алекс и не думал скрывать свое восхищение:

— Класс! Тут столько всего…

Внезапно Алекс обратил внимание на одну фотографию. На ней были запечатлены смеющиеся Дина и Майя с двумя взрослыми людьми — красивой женщиной и статным мужчиной.

— Это ваши родители? — спросил Алекс.

— Да, — ответила Майя. — Это недавний снимок, сделан где-то полгода назад.

— Папа сейчас в отъезде, — добавила Дина. — За границей.

— В Лондоне, — уточнила Майя.

— По делам, — объяснила Дина. Алекс поймал себя на том, что почти привык к этой манере девочек дополнять слова друг друга…