Адату этому послушна,

Она привыкла принимать

Его во всякий час радушно.

Дверь растворяется проворно,

И пред хозяйкою, задорно

Облокотясь на посох свой,

В широкой шляпе и с сумой

Предстал знакомый нам кунак.

Взгляд гостя, как огонь, пытливый

Смутил хозяйку… Словно мак,

Зарделись щеки… Взор стыдливо

Погас в ресницах… на устах

Улыбка замерла красиво…

Работа путалась в руках…

Огнем неизъяснимой тайны,

Волнуясь, трепетала грудь…

Но не надолго…

– Гость случайный, -

Она промолвила, – твой путь

Тяжел, далек, сомненья нет…

Но всем, кто ни проходит мимо

Убогой сакли, я привет

Передаю от Ибрагима, -

Не откажи его принять… -

Она, казалось, овладела

Собою, но очей поднять

На «пастуха» еще не смела…

Момент… другой, – и взгляд пришельца

Ей разум объяснил не так,

Как смутно объясняло сердце, -

И вновь пред ней стоял кунак,

Пастух усталый и голодный…

Его костюм простой, свободный,

Его осанка, смелый взгляд,

Улыбка – ясно говорят,

Что он из гор…

– Благодарю

Сердцами правящего бога!

Твое приветствье у порога

Я, как святыню схороню

В душе моей… Благодарю!

Красавиц видел я немало,

Но грудь мою ты взволновала

Иным восторгом, – я горю

Любовью брата… Никогда

Твой голос нежный не забуду:

В минуты счастья и труда

Я за тебя молиться буду

Всегда, везде… Я прост, ты видишь, -

Пастух не может быть иным…

Я знаю, скоро ты забудешь

Мои слова; как снег, как дым,

Как клятвы юности незрелой,

Они исчезнут без следа

Из памяти… что за беда!

Прости, пастух я очень смелый, -

Таким красавицам, как ты,

Смешны восторги и признанья,

Забавны пылкие мечты