Поскольку Кийлике предварительно велел всем написать карандашом на партах, в каком порядке на что смотреть, массовый психоз шел как надо. А учитель Пюгал не переставал удивляться, почему он не видит овода, за которым целый класс следит с таким вниманием. Но когда очередь дошла до пятна на задней стене, Каур слишком понадеялся на свою намять и в результате уставился на пятно на передней стене. И Топп, по примеру Каура, тоже. От этого возникло всеобщее замешательство, так что никто уже не знал, куда смотреть.

Тогда-то учитель Пюгал и понял, в чем дело. Он ужасно рассердился, сказал, что искать виновных далеко не надо, и выслал меня, Кийлике и Каура за дверь, что было совершенно несправедливо, потому что жужжал-то, как я уже написал, новый ученик Обукакк.

Сначала мы стояли в коридоре, но потом Каур сказал, что свежий воздух полезнее для легких, и мы можем с таким же успехом стоять во дворе.

Во дворе было тихо. Только белая курица истопника кудахтала на крыше кабины школьного грузовика. Тут в нас пробудился интерес, чего она там кудахчет. Может, снесла яйцо на сиденье кабины. И мы пошли проверить.

Но на сиденье не было никакого яйца. Там лежали только ключи от зажигания. И мы огорчились, потому что у школы могли возникнуть из-за этого неприятности.

Я сказал:

— По правилам вождения нельзя оставлять ключи вот так валяться.

Каур сказал:

— Шоферу за это может нагореть.

А Кийлике:

— Если бы сейчас тут оказались жулики, наш грузовик был бы уже далеко.

И мы решили, что для безопасности грузовика отнесем ключи в канцелярию. Но когда я уже собрался это сделать, Юхан Кийлике предложил ради интереса проверить, заводится ли машина.

И сразу же полез к стартеру.

Тут-то и выяснилось, что машина не заводится. И конечно, мы стали обсуждать, что могло с нею случиться.