- Перестань, - резко сказала мама. - Сейчас же прекрати рёв! И запомни: безвыходных положений не бывает. О господи, это кого ещё несёт?

Действительно, в дверь звонили - длинным весёлым звонком. Мама открыла, и в прихожую ворвалась Верка.

- Вот! - закричала она, протягивая маме пять рублей. - Долг! Спасибо! Мама говорит: в деревне у бабушки поспеют фрукты, я целую осень возить их буду. Вам! А папка про Владика говорит, что он герой! Ой, Владик, чего ты плачешь?

- Я не плачу, - буркнул Владик и отвернулся.

- У нас будка Анчара увезла, - сказала мама. - В Злынь. А нашего папу вызвали в больницу, и теперь неизвестно, когда он вернётся.

Во время маминой речи Верка стояла точно в такой же позе, что и тогда, на улице, - опять вытаращила до невозможности глаза, а руками вцепилась в кудряшки. И вдруг закричала:

- Так папа же дома! Мой! Я сейчас!

- Постой, - сказала мама, глядя на хлопнувшую дверь, - не её ли папа приезжает на грузовике в обеденный перерыв - огромный такой, рыжий, с вьющимися волосами?

* * *

Когда Владик выбежал во двор, там уже стоял дядя Фёдор. Он протянул руку и сказал:

- Привет. А где ремень?

- Какой ремень? - удивился Владик.

- А пса в кузове придерживать, - объяснил дядя Фёдор.

И у Владика сразу отлегло от души, как будто Анчар просто ждал их где-то и надо только приехать за ним и защёлкнуть на кольце ошейника карабин старого поводка...

Они направились в гараж. Дядя Фёдор велел обождать, а сам ушёл за зелёные ворота, в проходную. Его не было очень долго - видно, не просто было взять машину в воскресный день. Но вот зелёные ворота медленно распахнулись, и из них выехал грузовик. Дядя Фёдор открыл дверцу кабины и сказал:

- Владислав, давай сюда! А ты, Веруха, с нами собираешься, что ли?