Пусто, тихо и темно.        Наверху горит окно.               Всё равно.        Как свинец, черна вода.        В ней забвенье навсегда.        Третий призрак. Ты куда, Ты, из тени в тень скользящий?

Февраля 1914

5

 Вновь богатый зол и рад, Вновь унижен бедный. С кровель каменных громад Смотрит месяц бледный, Насылает тишину, Оттеняет крутизну Каменных отвесов, Черноту навесов… Всё бы это было зря, Если б не было царя,        Чтоб блюсти законы. Только не ищи дворца, Добродушного лица,        Золотой короны. Он — с далеких пустырей В свете редких фонарей        Появляется. Шея скручена платком, Под дырявым козырьком        Улыбается.

7 февраля 1914

ВАЛЕРИЮ БРЮСОВУ

(При получении «Зеркала теней»)

 И вновь, и вновь твой дух таинственный В глухой ночи, в ночи пустой Велит к твоей мечте единственной Прильнуть и пить напиток твой. Вновь причастись души неистовой, И яд, и боль, и сладость пей, И тихо книгу перелистывай, Впиваясь в зеркало теней… Пусть, несказанной мукой мучая, Здесь бьется страсть, змеится грусть, Восторженная буря случая Сулит конец, убийство — пусть! Что жизнь пытала, жгла, коверкала,


7 из 18