Свинья только фыркнула в ответ.

В этот же день дядюшка Франсуа зашёл в хлев вместе с каким-то соседом, чтобы поглядеть на Свинью.

— Ну и жирная, ну и жирная! — восхищался сосед.

Он щупал её со всех сторон, и хотя Свинья боялась щекотки, она только жеманно повизгивала и похрюкивала.

— Ну, значит решено, — сказал дядюшка Франсуа, — ждём тебя на праздник Свиньи, сосед. Придёшь?

— Ещё бы не прийти, — ответил сосед. — Уж больно хороша Свинья!

Жирная Свинья даже зажмурилась от удовольствия, услышав, что ей готовят праздник, а Ослик чуть не заплакал.

Этого ещё не хватало! Они собираются чествовать это ленивое и самодовольное животное, которое не работает, а только жрёт, — одним словом, Свинью!

И вот однажды вечером в доме дядюшки Франсуа поднялась суматоха. В установленный час Свинье не подали похлёбки.

В сопровождении Сквозняка, Фонаря и Суковатой Палки вся семья явилась в хлев, чтобы посмотреть на Свинью, но никто не принёс ей на этот раз ни котла, ни чугунка, ни кастрюльки, ни миски, ни чашки, ни даже ложечки похлёбки.

Жирная Свинья окаменела от удивления. Сначала она ждала, потом стала сердиться, наконец прямо рассвирепела.

Но на все её жалобы и упрёки Маринетта отвечала только ласковыми, ничего не значащими восклицаниями, которые и не пахли похлёбкой.

Ослик не верил своим длинным ушам.

Ему сразу припомнились слова, которые он слышал от Волов: «Вечер, когда Свинье не дадут есть, предвещает ей недоброе!»

И сколько Свинья ни топала ногами, сколько она ни хрюкала от ярости, ничто ей не помогло. Тогда она стала выпытывать у Ослика, не знает ли он, что такое случилось.

Ослик ответил ей коротко и сухо:

— Вечер, когда тебе не дадут есть, предвещает недоброе.