Кто совал ему морковку, кто капустную кочерыжку и — подумать только, до чего возмутительно! — кусок белого хлеба.
Розовый Поросёнок весь трясся от удовольствия. Он махал тоненьким хвостиком, похожим на волосатую змейку, и всё норовил уткнуться пятачком кому-нибудь прямо в колени. А домочадцы дядюшки Франсуа хохотали во всё горло и гладили его по розовой спинке.
Поросёнок даже опрокинул самого младшего из детей, а мать, вместо того чтобы рассердиться на Поросёнка, взяла да и отшлёпала малыша — во-первых, за то, что он упал, а во-вторых, за то, что, падая, чуть не ушиб Розового Поросёнка.
А бедного Ослика распрягли, и он, понурив голову, побрёл к себе в стойло, где его ждала тощая охапка соломы, в то время как всё семейство дядюшки Франсуа торжественно сопровождало Розового Поросёнка в его новое жилище. Впереди всех шёл Фонарь, потом — Суковатая Палка, потом — дядюшка Франсуа, а уж за ними — все остальные.
Поросёнку приготовили хорошенькое, тёпленькое местечко, куда Сквозняк не мог проникнуть, — чудесную комнатку, устланную толстым слоем свежей соломы. Эта комнатка была расположена между стойлом Ослика и загородкой братьев Волов. Это было самое тёплое место в хлеву.
— Эй вы там! Где же похлёбка для Поросёнка? Похлёбка для Поросёнка? Неужели ещё не готова? — кричал дядюшка Франсуа своей жене, Маринетте.
Маринетта приготовила в большом котле густое месиво из кукурузной муки, картофеля и капусты. Не забыла она положить туда и соли. Всё это она сварила на медленном огне, подливая воды и помешивая огромной поварёшкой. Услышав окрик мужа, Маринетта схватила котёл и бросилась со всех ног к Поросёнку.
Розовый Поросёнок встретил обед радостным хрюканьем, но тут же наморщил свой пятачок и скосил один глаз:
— Чуточку горячо!
И Маринетта, чтобы угодить Поросёнку, стала помешивать в котле большой поварёшкой.
Когда Розовый Поросёнок решил, что похлёбка уже достаточно остыла, он принялся уплетать её под умилёнными взглядами всей семьи. А Сквозняк, которого не пускали даже на порог, оставался за дверью и подсматривал в щёлку.