-- Эка важность! -- вмешался Меншиков. -- Тьфу! Тоже мне невидаль -ефиопы!

Мы ентих ефиопов у греческого царя сто штук видели. Помнишь, мин херц,

ефиопов? Я думал -- слона привезли! А тут -- такие пустяки! Лучше бы слона

добыли... али крокодила! Стоило ли царя из-за такой чепухи отрывать от

делов?!

-- Болтаешь много, дурак! -- осадил Меншикова царь. -- Спасибо, казаки, за

подарок.

-- Рады служить, государь.

-- Чтой-то тошшие арапы, -- Меншиков подошел к телеге. -- Самых, поди,

завалящих прихватили. Очень стыдно такое барахло вокруг трона

устанавливать! Ишь, ребра-то торчат! -- Меншиков ткнул пальцем в живот

одному арапчонку. Негритенок укусил Меншикова зубами за палец. -- Едри

твою! -- вскрикнул Меншиков. -- Арапская морда! Чуть не отгрыз!

Петр Алексеевич захохотал:

-- Вот тебе крокодилы!

-- Енто Занзибал будет, -- пояснили казаки. -- Кусачий, анафема! А тот другой

потише. Ганнибалом звать. За всю дорогу никого, значить, не кусанул.

ГЛАВА 2

ДИПЛОМАТИЯ

Вот так и появились братья арапы Пушкины в Санкт-Петербурге при дворе

русского царя Петра Алексеевича.

Уже вскоре они изъяснялись по-русски и по-французски. Бегло считали до

ста.

Петр Алексеевич души в них не чаял. А князь Меншиков не мог простить

Занзибалу укушенного пальца и ждал удобного случая, чтобы отомстить.

Так однажды пил Меншиков водку с голландским послом.

-- Давай, немец, -- говорит Меншиков, -- за дружбу.

-- Яволь.

-- Кряк! -- Меншиков крякнул. -- Аж слезы... Ты грибком закусывай. Рыжик это.

У вас такое не растет. У нас только. У вас -- одно море. Рыба в нем

плавает. У нас -- лес, там рыжики растут. Договоримся давай -- вы нам из

Амсердаму рыбу, а мы вам -- рыжиков.

-- И-я, и-я.

-- Обмоем?

-- Яволь.