- Да отдохнуть хочу, - молвила Валентина Сергеевна, осматриваясь вокруг. Ей понравилась аккуратная изба, чистота и порядок во дворе.

- Дачница, значит, - протянула старуха с сомнением. - Только дачникам у нас делать нечего. Кругом болота да леса дремучие. Их у нас отродясь не бывало. Пробовали некоторые, да долго не выдерживали. Муторно тут без привычки.

Старуха ни с того ни с сего перекрестилась.

- А грибы тут у вас есть ? - полюбопытство вала Валентина Сергеевна.

- Грибов-то пропасть, - был ответ. - Да не больно-то их собирают, в лесах этих проклятых.

- Так,может, пустите на постой ? - продол жала гнуть своё Петухова.

- Да живи, жалко, что ли ! Только долго ли ты проживёшь ?

- Недели две точно.

- Я не об этом. Ну, да ладно, пошли в дом.

Внутри избы было очень чисто, но как-то сумрачно. Передний угол занимал большой киот с иконами, теплился синенький огонёк лампадки.Икон было очень много, куда больше, чем в обычном крестьянском доме, да и были они не простые, а хорошего старинного письма, как сразу определила Валентина Сергеевна.

- Ты,надо думать,в Господа-то не веришь ? - спросила старуха,заметив её интерес к иконам.

Несмотря на то, что Валентина Сергеевна была ярой атеисткой, от ответа она уклонилась, не желая портить отношений с хозяйкой.

- А спать я где буду ? - попыталась пере менить она тему разговора.

- Ну не веришь, и Господь с тобой ! подытожила старуха. Спать-то? Да вот тут.

Они вошли в комнату поменьше,где у стены, завешенной ярким ковриком, на котором черкес целился из ружья в тигра, стояла большая никели рованная городская кровать. На подоконнике краснели горшки с геранью, мерно тикали ходики на стене. Было чисто, светло и уютно.

Не понятно, в чём было дело, но в первые полчаса, проведённые в Лиходеевке, Петухова чув ствовала себя как-то неуверенно. И главное, при чина этого дискомфорта была ей не ведома. Но комнатка, где предстояло жить, настолько понра вилась,что она повеселела.