Сзади раздался шум, а когда я обернулся, то нашел Ивана Денисовича интенсивно качающим головой и руками подающим мне знаки поворачивать обратно. Чуть позже он объяснил, что на самом деле гиблое место и находилось здесь, под этой излучиной реки, где нерестились рыбы, но он вынужден был слукавить, чтобы я не отказался входить в воду.

Гиблое место - 2

Человеческие формы

записка охотника

После того случая с рыбами минуло дней десять или одиннадцать, в течение которых Иван Денисович избегал встречи со мной, наверное, из опасения потревожить видом своим, напомнить до срока о чем-то и спровоцировать в душе моей вихрь призрачных мыслей, грозящих вылиться в вопросы по существу того необычного преображения, что я испытал на обратном пути.

Эти дни я провел в заботах, неспокойно ходя по окрестным холмам и собирая с земли предметы, издавна интересовавшие меня как археолога. Специальностью моей является чистая феноменология.

Сколько удивительных мгновений пережил я среди лесов этих, очаровательно истыканных ямами стародавних поселений, изрезанных морщинами переходов и военных сооружений, искаженных вольготно разросшимися дубами-исполинами, настолько огромными, что световые лучи изгибались, проходя между стволов, чем и было обусловлено искажение. Это радовало меня, но не простой радостью. Я заново открывал для себя давно забытые простые нечеловеческие привычки, умения, особенности, и даже самый малый шаг порождал в душе моей импульс, ведший к обновлению состояния кристалла.

Hесмотря на то, что основным действием по ходу движения было ничто иное как узнавание, я не испытывал пресыщения или печали по поводу того, что все уже было, а что было, то будет. Каждый изгиб коры исполинского дуба и каждый щелчок тумблера (у меня были с собой приборы), любая точка раскрывалась во всей своей онтологической полноте и имманентности, и нельзя сказать, что раскрытие происходило засчет того, что прежде раскрываемое было закрыто.