Выпалив скороговоркой стандартные фразы, старший патрульный повернулся к лежащему Ринату. Заглянул в сопроводительные документы.

- А-а, ну этот оттуда.

- Да ему и говорить ничего не надо, - хохотнул один из патрульных, - не услышит.

Старший, чавкая сапогами в грязи, отошел в сторону, завел ржавый мотоцикл.

В коляску положили Рината.

- А ты давай сзади садись, - сказал старший Роману. - Положено по одному переправлять, да ладно. Ты, считай, один и есть.

- Вы там поосторожней, - посоветовал немолодой солдат, чем-то похожий на Петра. - Вчера с той стороны пальба была.

Старший кивнул, оглянулся на устроившегося позади Романа, и тронул мотоцикл с места.

Ехали медленно и долго, объезжая глубокие лужи, буксуя в раскисших колеях.

Вокруг тянулось ровное поле без растительности, из голой равнины изредка вырастали косые позеленевшие столбы. Hа столбах сидели галки и провожали взглядом мотоцикл. Мотор натужно тарахтел, больше никаких звуков Роман не слышал.

Вскоре впереди показался забор. Hеровный проем был перегорожен погнутым шлагбаумом. Конвоир остановил мотоцикл, взмахом руки приказал Роману слезть.

Оставив двигатель работать, старший патрульный вытащил из мотоциклетной люльки неподвижного Рината. Помог Роману взвалить тело на спину, поднял шлагбаум.

- Дальше - сами.

Роман сделал несколько шагов. За его спиной стукнула металлическая труба шлагбаума. Роман присел на корточки, опустил тело на землю и обернулся.

Мотоцикл разворачивался, выбрасывая из-под колеса комья грязи. Потом он, набирая скорость и виляя, стал удаляться в сторону скрытого дымкой города.