Генерал улыбнулся, посмотрел на учительницу. Я догадался и крикнул:
– Это была наша Нина Ивановна!
– Правильно, – ответил генерал.
– Ура! – закричали мы, выскочили из-за парт, бросились к учительнице. Поднялся такой гам-крик, что из соседнего класса прибежала учительница Вера Андреевна узнать, что у нас происходит.
А мы удивлялись: ну и Нина Ивановна, это надо же, молчала, не рассказывала. Учит нас, рассказывает про разных фараонов, королей, а про себя – ни слова.
– А вы боялись, когда шли к нашим? – спросили девочки.
– Очень боялась, – призналась учительница.
Генерал поднял руку, все затихли.
– И еще что-то скажу. Командование наградило Ивана Петровича орденом Отечественной войны, а маленькую Нину медалью «За отвагу».
– Ура! – снова закричали мы.
Прозвенел звонок, и урок истории в нашем классе кончился.
НОЧЬЮ ПОД СОЛНЦЕМ
Был уже одиннадцатый час вечера, но Алеша не спал, как не спали все дети этого приморского заполярного городка. И солнце не заходило и не зайдет, будет низко плыть над сопками и морем всю ночь, до самого утра, а утром начнет подниматься вверх. Так за сутки и обойдет все небо по кругу, не прячась за горизонт ни на минутку. Потому что это июнь, а он здесь без ночной тьмы и без звездного неба над головой.
Алеша сидел на замшелом валуне и смотрел на море. Глухо и лениво бормотало оно, хотя ветра не было. Неподалеку от берега, словно комки морской пены, покачивались на воде сытые чайки, по-ночному некрикливые и медлительные. Им бы, как и Алеше, надо бы спать, да не спится – светит солнце, глаз не сомкнуть, а вокруг соблазнительно кишмя кишит рыба, кипят от нее отмели и заводи… Напротив Алеши, у самой воды, сидя на раскладной брезентовой табуретке, старый моряк удил рыбу. Он был действительно стар, лицо, иссеченное мелкими морщинами, высохло, как коралл, руки длинные, несгибающиеся, на кистях крупные жилы. Прожорливая пикша хватала наживку – кусочек селедки, – едва моряк забрасывал удочку в море. Проволочная корзина его была полна рыбы.